
На самом деле зря я, археолог, жалуюсь на местную погоду. Если бы не эрозия, вызванная всеми этими дождями и ветрами, мы бы никогда не обнаружили, что здесь некогда стояла база Высших.
Вместе с тем сложно представить себе менее подходящее место для археологических раскопок. Температура почти никогда не поднимается выше нуля, небо неизменно серого цвета, старое и усталое солнце очень редко пробивается сквозь тучи, и большую часть времени мы его вообще не видим.
Никаких городов, ни одного поселения, крупнее и надежнее палаточного лагеря, никаких развлечений, никакой светской жизни-ничего. Нужно быть фанатиком своего дела, чтобы заниматься им здесь.
– Да какая же может быть польза от этой планеты? – поинтересовалась Яна Мортенсен. – Зачем столько возни? Кому нужно это переустройство? Кто, спрашивается, захочет здесь жить или работать? Зачем?
Стин Стин предположило, что причина всей этой суеты – залежи радиоактивных элементов. Миррик отмел сию глупую мысль, объяснив, что на планете сроду не водилось металлов, тяжелее меди, да и тех, что легче, совсем немного. По мнению Пилазинула, планета имеет какое-то стратегическое значение, возможно, здесь будут заправляться корабли, или же земляне планируют построить на Хигби-5 ретрансляционную станцию, чтобы обеспечить связь между планетами. А Лерой Чанг, который, как всякий выпускник Гарварда, всегда готов сказать пару гадостей о родной планете, заявил, что превращение Хигби-5 в пригодное для жизни место объясняется исключительно жадностью и политическими амбициями землян.
